.

• Сюжет фильма навеян предисловием члена Французской академии, писателя и критика Жана Полана к скандально знаменитому роману Полин Реаж «История О», которое называется «Счастье в рабстве». Это предисловие начинается с описания бунта негров, случившегося на острове Барбадос в 1838 году. Началось всё с того, что рано утром несколько чернокожих мужчин и женщин - бывших рабов, которым закон незадолго до того даровал свободу, - пришли к своему бывшему хозяину мистеру Гленелгу и попросили снова сделать их рабами. Поговорив с ними, Гленелг отказался. И тогда его бывшие рабы начали угрожать ему, а затем применили и физическую силу - сначала умеренно, а затем всё более и более распаляясь. Закончилось всё тем, что мистер Гленелг и вся его семья были жестоко убиты этими людьми. Тем же вечером негры вернулись в свои старые жилища, предназначенные для рабов, и начали жить там так, как жили до отмены рабства.
• Место исполнительницы главной роли заняла новая актриса. Прежняя исполнительница роли Грейс — Николь Кидман.
• «Освобождение. Хотят они или нет» («Liberation. Whether they want it or not») — слоган фильма.
• Сюжет фильма навеян предисловием члена Французской академии, писателя и критика Жана Полана к скандально знаменитому роману Полин Реаж «История О», которое называется «Счастье в рабстве». Это предисловие начинается с описания бунта негров, случившегося на острове Барбадос в 1838 году. Началось всё с того, что рано утром несколько чернокожих мужчин и женщин — бывших рабов, которым закон незадолго до того даровал свободу, — пришли к своему бывшему хозяину мистеру Гленелгу и попросили снова сделать их рабами. Поговорив с ними, Гленелг отказался. И тогда его бывшие рабы начали угрожать ему, а затем применили и физическую силу — сначала умеренно, а затем всё более и более распаляясь. Закончилось всё тем, что мистер Гленелг и вся его семья были жестоко убиты этими людьми. Тем же вечером негры вернулись в свои старые жилища, предназначенные для рабов, и начали жить там так, как жили до отмены рабства.
• Изначально предполагалось, что Николь Кидман, сыгравшая Грейс в фильме «Догвилль» (2003), исполнит эту роль и в двух других фильмах трилогии «США — Страна Возможностей». Однако в июле 2003 года Николь Кидман покинула проект, участие в котором вступило в противоречие с ее другими творческими планами.
• В роли доктора Гектора первоначально начал сниматься американский актер Джон Райли, однако он в разгар съемок внезапно покинул проект.
• Известный американский чернокожий актер Дэнни Гловер, сыгравший одного из рабов, поначалу отказался от роли, однако повторное предложение принял.
• Джеймс Каан, сыгравший роль отца Грейс в «Догвилле», заявил в интервью, что он отказался от участия в сиквеле по двум причинам: во-первых, потому что из проекта выбыла Николь Кидман; а во-вторых, потому что он чувствовал, что Ларс фон Триер, по словам актера, «настроен очень антиамерикански, так что пошел он... Я настроен очень проамерикански. Я консерватор — в основном.»

Юбилейный приз на МКФ в Вальядолиде (поровну с фильмом «Скрытое» / Cache).
Каннский кинофестиваль, 2005 год
Номинации
• Золотая пальмовая ветвь
Европейская киноакадемия, 2005 год
Номинации
• Лучшая операторская работа (Энтони Дод Мэнтл)
• Лучший композитор (Йоаким Хольбек)
• Лучшая работа художника-постановщика

Ларс фон Триер и Франсуа Озон о рабстве внешнем и внутреннем
Знаменитый эксперт по Америке датский режиссер Ларс фон Триер («Танцующая в темноте» /Dancer in the Dark/ (2000)) представил на фестивале свою новую картину из антиамериканской трилогии — «Мандерлей» /Manderlay/ (2005). Главная проблема этого масштабного киноисследования в том, что фон Триер боится летать и в Америке не был. Поэтому в «Догвилле» /Dogville/ (2003) он вдохновлялся «Трехгрошовой оперой» Бертольда Брехта, а в «Мандерлее», судя по всему, «Хижиной дяди Тома» Гэрриетт Бичер-Стоу. Примечательно: снявшийся в картине американский актер Уиллем Дефо предыдущий «Догвилль» в принципе одобрил, но Америку в нем не распознал. Мне тоже кажется, что датский кудесник черпает свои американские впечатления в пригороде Копенгагена.
Хижина тети Грэйс
Фон Триеру не откажешь в отваге: в «Мандерлее» он вступил в ту же воду, что в «Догвилле». Точно так же дома и предметы размечены мелом на полу студии. Точно такой же сумрачный колорит кадра. И та же девушка Грэйс, переехавшая из спаленного ею Догвилля в Алабаму, где негров вешают. Правда, сыгравшая ее в первой ленте Николь Кидман категорически отказалась снова сниматься у фон Триера, и ему пришлось взять на роль значительно менее известную актрису Брайс Даллас Хауард.


Идею картины навеяло предисловие критика Жана Пулана к европейскому изданию скандальной книжки "История О" под провокационным названием «Счастье — в рабстве». Эта картина — о расизме.Мандерлей — плантация на юге США. Действие по-прежнему происходит в 30-е годы ХХ века. И Грэйс, столкнувшись с рабством, которое отменено, но существует, пытается навести справедливость. Есть несколько колоритных персонажей: старая хозяйка плантации Мэм, молодой негр Тимоти, с которым у Грэйс состоится акт то ли любви, то ли изнасилования. Американский юг по-прежнему смахивает на датский север. Попытки Грэйс насадить в пустыне ростки демократии не встречают у рабов энтузиазма. А тут еще песчаная буря уничтожает весь урожай, в Мандерлее начинается голод, и, чтобы не умереть, рабы поедают собственное дерьмо (тошнотворная сцена по идее должна восприниматься как метафора рабства всех цветов и оттенков).На вопрос, что он хочет сказать своим фильмом, режиссер отвечает: «Не знаю. Это все та же история, которая начинается снова. Забавно, что теперь картина включает такое понятие, как расы. У нас в Дании никаких рас никогда не было. Теперь появились, и расизм показал свое страшное лицо. Так что «Мандерлей» столько же о Дании, сколько об Америке. Вы, наверное, назовете все это морализующей комедией. Конечно. Но я надеюсь, в ней есть и другой смысл, особенно в конце. Я ожидаю, что мой фильм объединит ку-клукс-клан и цветных, потому что и те, и другие захотят после этого меня убить».


По обыкновению, Триер лукавит. Картина действительно не об Америке. Она о внутреннем рабстве, заставляющем рабов искать все новых хозяев — вассалы страшатся свободы и хотят «сильной руки». Идея, несомненно, более европейская и даже восточноевропейская, нежели американская. Жаль, право, что боящийся ездить Ларс фон Триер не бывал в новой России — там он вдохновился бы как минимум на тетралогию.
Третья часть «антиамериканской трилогии» под названием «Васингтон» откладывается, потому что ее автор решил срочно придти на помощь подзабытой всеми «Догме», сняв новый «догматический» фильм, заключительный «Дорогая Венди / Dear Wendy».

Социально-политическая ретродрама-притча
Помимо того, что в этом фильме оказались заменёнными исполнители ролей Грейс и её отца-гангстера (Николь Кидман и Джеймс Каан отказались сниматься по различным причинам), также не покидает странное ощущение, что вдобавок произошла незаметная подмена режиссёра — и кто-то другой, а отнюдь не постановщик «Догвилля», первой части условной американской трилогии USA, создал её продолжение. Вроде бы всё то же самое: и нарисованные мелом на полу очертания домов и прилегающих участков, и некое пространство гигантской декорации, где на сей раз расположился городок Мандерлей из южного штата Алабама, в котором через два месяца после происшедшего в Догвилле поселилась Грейс вместе с несколькими подручными своего отца, призванными присматривать за ней. Вообще-то непонятно, почему Грейс моментально прониклась сочувствием по отношению к совсем незнакомым неграм, которые в середине 30-х годов ХХ века по-прежнему живут в рабстве у престарелой дамы по прозвищу «Мэм» (хотя со времени освобождения рабов в США уже прошло 70 лет). Она не только решила остаться среди них, но и начала внушить тем, кто привык к беспрекословному подчинению, элементарные основы демократии. Однако эти попытки «выдавливания из себя по капли раба» оказались наивно-идеалистическими, поскольку рабская психология сидит глубоко внутри человеческих душ, и как заявил немало поживший негр Вильгельм, признать их равными Америка ещё не будет готова целых сто лет (кстати, если принять подобные слова за истину, придётся подождать всего лишь три десятилетия до окончательной ассимиляции чернокожих). На самом деле, проблема восприятия «Мандерлея» состоит даже не в том, что лента излишне декларативна и прямолинейна, высмеивая давно закреплённые представления о взаимоотношениях разных рас, о рабстве, демократии и свободе. Главное, чего решительно недостаёт во второй части, заключается (как это ни парадоксально в случае с Ларсом фон Триром) в отсутствии особого вдохновения, словно он работал над «Мандерлеем»… как раб, через силу, из-под палки, исключительно по необходимости, а не по велению души. И новаторские приёмы остранения экранного действия именно по Брехту уже не срабатывают, как надо, производя впечатление чего-то неловкого и досадного. Отдельные запоминающиеся сцены (допустим, вся история с провинившейся старухой Вилмой и суровым наказанием её за то, что отнимала еду у малышки Клер) не могут поколебать ощущения определённой спекулятивности обращения автора к данной тематике. «Негром преклонных годов» он, конечно, стать неспособен, но и о расовой дискриминации в Америке судит с довольно отвлечённых философско-нравственных позиций, не переживая это обострённо и нервно, в отличие от той явно экзистенциальной (а не просто социально-политической) драмы, что прежде разыгралась в «Догвилле».

«Добросердечная дочь гангстера» - уже в этом можно видеть мощный символ США, прошедших путь от страны, где когда-то заправляли нью-йоркские банды, до главного ревнителя демократии в мире. Во второй части американской трилогии фон Триер отправляет свою парадоксальную героиню на захолустную плантацию, где по какому-то историческому недосмотру процветает расовое угнетение. Вооруженная добрыми намерениями, Грейс пускается во все тяжкие, чтобы «повторно» отменить рабство, но в результате повторно его изобретает. Великолепная Николь Кидман покинула проект (по слухам, временно), и ее место заняла Брайс Даллас Говард. Надо отдать актрисе должное - ее наивное, беззащитное лицо сильно контрастирует с отнюдь не детскими занятиями. Фон Триер по-прежнему изощрен в подборе «незапятнанных» актрис на роли в своих издевательских сценариях, и лицо его новой Грейс заставляет вспомнить потрясающе открытое лицо Эмили Уотсон («Рассекая волны»). Однако в целом освободительница Мандерлея отдыхает в тени пленницы Догвилля. С каждым унижением «первой» Грейс, олицетворявшей собой свет в мещанской тьме, зритель все более искренне ненавидел жителей проклятой деревни. Перипетии в жизни «второй» Грейс вызывают гораздо меньше сочувствия: она больше защищена и гораздо меньше находится во власти обстоятельств. Кроме того, в «Догвилле» поражала простота композиции и почти ниоткуда появляющийся конфликт - вот Грейс, вот жители, вот отец. В «Мандерлее» к главной героине, отцу и бывшим рабам добавляются гангстеры, белые члены рабовладельческой семьи, да еще таинственный незнакомец - профессиональный шулер, приезжающий на плантацию извне. Все это перегружает действие и зачастую делает видными сценарные швы. И если в первом фильме трилогии условность декораций обнажала психологичность и вела к катарсису, во втором та же условность, усиленная донельзя, практически убивает иллюзию. Вообще, в этом году у Ларса фон Триера абсурдистское настроение: «Дорогая Венди» по его сценарию вначале подкупает искренностью и планомерностью, чтобы потом огорошить фарсовым поворотом сюжета и оставить смутное «анекдотическое» ощущение: где он нас кидает? То же с «Мандерлеем»: я совершил ошибку и с первых кадров натянул синефильскую маску «не мешайте общению с прекрасным», силясь понять какие-то главные идеи. В итоге просидел с каменным лицом даже там, где режиссер явно рассчитывал на смешок, пусть и нервный. Чего стоит хотя бы определение времени всеобщим голосованием (после того, как единственные часы на плантации остановились) - нововведение демократически настроенной Грейс, которое в конце фильма дорого ей обойдется. Так что не слишком верьте фон Триеру и тем более не пытайтесь разглядеть в «Мандерлее» его позицию в отношении расовых противоречий. Как раз об этом он исчерпывающе высказался при получении премии Конрада Вольфа в Дании: «Я ожидаю, что мой фильм объединит ку-клукс-клан и цветных, потому что и те, и другие захотят после этого меня убить».

Безумно хорошая картина. Не знал, честно говоря, чего ожидать на этот раз от Триера, но был уверен, что повторяться он не будет, и выдавать обыкновенный сиквел - не в его правилах. «Мандерлэй» - фильм со своим духом, смыслом, со своими героями и антигероями. Если не считать манеру съемок и имя героини, то фильм ни в чем не похож на «Догвиль». Слова про сюжет не скажу, спойлерить не хочу, сразу скажу про итог - про чувства, которые вызывает и не вызывает фильм. Фильм, а точнее герои фильма, вызывают антипатию, иногда даже презрение, причем все!(единственным симпатичным персонажем оказался эпизодический картежник-шуллер, обдирающий до последей копейки негров) В Догвилле, казалось, все что делает и говорит Грейс - правильно, всегда стоял на ее стороне, как воды в жаркий день я жаждал отмщения за ее страдания в том ужасном городе, и, спасибо Ларсу фон, я увидел его! Но это отмщение, и это становится ясно в Мандерлее, сильно переменило Грейс, хоть это сразу и не заметно. Не понял и не согласился ни с одним ее действием сегодня, хотя изначальный посыл действий опять тот же - милосердие... Сочувствие, которое переполняет при просмотре Догвиля, не возникает в Мандерлее ни к кому, всем поделом! Вобщем опять мудрый отец Грейс оказался прав на 100%. Говорить про музыку, игру актеров нет резона...это же Триер! Все идеально.
Советую смотреть абсолютно всем, кто смотрел «Догвилль».